Аддералл и зависимость: что показывают данные

Данные не подтверждают, что назначенное лечение стимуляторами приводит к зависимости: мета-анализ 15 длительных исследований не нашёл разницы с нелечеными, а анализ данных почти трёх миллионов пациентов показал меньшую частоту связанных с веществами обращений в месяцы приёма. Немедицинское употребление тех же веществ — отдельная и вполне реальная проблема, и смешивать её с лечением не стоит.

Разбираем три разных вопроса, которые обычно сливают в один: приводит ли лечение к зависимости, есть ли у вещества наркогенный потенциал и насколько распространено употребление чужих таблеток. По каждому смотрим, что именно измеряли и на какой выборке.

Содержание

• Три разных вопроса, которые обычно смешивают
• Что такое зависимость и с чем её путают
• Данные о тех, кого лечили в детстве
• Данные о подростках и взрослых
• Немедицинское употребление: отдельная и реальная проблема
• Почему у людей с СДВГ риск зависимостей и без всяких таблеток выше
• Что из этого следует в российских условиях
• Признаки, с которыми идут к врачу
• Что делать со страхом зависимости
• Коротко: главное
• Частые вопросы
• Источники

Три разных вопроса, которые обычно смешивают

Спор о зависимости от аддералла почти всегда идёт вхолостую, потому что стороны отвечают на разные вопросы. Их полезно развести с самого начала.

Ответ «да» на второй вопрос не превращается автоматически в «да» на первый. Именно эта подмена и порождает страх, из-за которого часть людей отказывается от лечения — включая те препараты, которые в России доступны.

Что такое зависимость и с чем её путают

В обсуждении смешиваются три состояния, у которых разная природа.

Зависимость — устойчивая утрата контроля над употреблением: тяга, продолжение приёма вопреки вреду, сужение интересов вокруг вещества, рост дозы ради эффекта. Это диагностируемое расстройство, а не «привык к таблеткам».

Толерантность — снижение эффекта при неизменной дозе. Она может возникнуть без всякой зависимости и решается врачебной коррекцией схемы. Разбор того, как это выглядит на практике, — в материале что делать, если препарат перестал работать.

Синдром отмены — реакция организма на прекращение приёма. У стимуляторов при резкой отмене описывают усталость, сонливость, подавленность, возвращение исходных симптомов. Само наличие такой реакции зависимостью не является: она бывает и у препаратов без всякого наркогенного потенциала.

Отдельно стоит назвать четвёртое состояние, которое в разговорах о зависимости почти не звучит, — возвращение симптомов СДВГ. Человек перестаёт принимать препарат, теряет собранность и делает вывод «я подсел». На деле возвращается то, что было до лечения.

Данные о тех, кого лечили в детстве

Это самый изученный вопрос, потому что тревога родителей сформулирована прямо: не окажется ли, что ребёнка, которому назначили стимулятор, мы своими руками ведём к наркотикам.

Мета-анализ 2013 года объединил 15 длительных исследований, в которых лечение предшествовало измерению исходов, — всего 2565 участников. Сравнивались частота употребления и частота злоупотребления или зависимости по алкоголю, кокаину, марихуане, никотину и неспецифическим веществам. Вывод: результаты сопоставимы между теми, кого лечили стимуляторами, и теми, кого не лечили, — по всем типам веществ и по обоим исходам.

Формулировка авторов осторожная и стоит того, чтобы её воспроизвести точно: лечение СДВГ стимуляторами ни защищает от, ни повышает риск последующих расстройств, связанных с употреблением веществ.

То есть данные не поддерживают ни страх («лечение приведёт к наркотикам»), ни зеркальный оптимизм («лечение защитит от наркотиков»). Это менее эффектный ответ, чем оба лозунга, но он и есть настоящий.

Данные о подростках и взрослых

Здесь исследование другого масштаба. В работе 2017 года проанализированы страховые данные 2 993 887 подростков и взрослых с СДВГ за 2005–2014 годы. Метод важен: сравнение проводилось внутри одного и того же человека — месяцы, когда он получал стимулятор или атомоксетин, против месяцев, когда не получал. Такой дизайн снимает главное возражение к обычным сравнениям: что лечат не случайных людей, а тех, у кого течение тяжелее.

Результаты:

• в месяцы приёма препарата обращения в скорую помощь, связанные с психоактивными веществами, встречались реже — отношение шансов 0,65 у мужчин и 0,69 у женщин;
• через два года после периодов приёма частота тоже была ниже — 0,81 у мужчин и 0,86 у женщин, хотя для женщин долгосрочный результат оказался менее устойчивым в дополнительных анализах.

Вывод авторов: получение препарата от СДВГ вряд ли связано с более высоким риском проблем, связанных с веществами, — скорее наоборот.

Немедицинское употребление: отдельная и реальная проблема

Всё сказанное выше — про пациентов. Про людей, которые принимают чужой препарат, картина другая, и притворяться, что проблемы нет, было бы нечестно.

Систематический обзор 111 исследований (2020 год) даёт такие цифры: немедицинское употребление рецептурных стимуляторов встречалось у 2,1–58,7 % опрошенных в разных выборках, передача своих таблеток другим людям — у 0,7–80 %. Разброс огромный, потому что выборки и определения различаются, но нижняя граница уже говорит о массовости.

Более ранний обзор 21 исследования (113 104 участника) описывает распределение точнее: приём чужих стимуляторов за последний год — у 5–9 % школьников и 5–35 % студентов; от 16 до 29 % учащихся с назначенным стимулятором сталкивались с просьбами отдать, продать или обменять препарат.

Два вывода из этих же обзоров редко цитируют, а они существенные:

• улучшения учёбы у людей без СДВГ не показано. Академическое преимущество называют главным мотивом, но доказательств такого эффекта обзор не находит;
• риск определяется формой и путём приёма. Препараты немедленного высвобождения злоупотребляются чаще пролонгированных, а неоральные пути введения — именно тот сценарий, в котором описаны тяжёлые исходы вплоть до смертельных.

Здесь и лежит ответ на вопрос, почему одно и то же вещество ведёт себя по-разному. Значение имеет не название на упаковке, а скорость, с которой вещество попадает в мозг: медленное нарастание концентрации при приёме таблетки внутрь и резкий подъём при других способах — фармакологически разные события. Подробнее об этом различии — в материале чем стимулятор при СДВГ отличается от «уличного» амфетамина.

Почему у людей с СДВГ риск зависимостей и без всяких таблеток выше

Об этом важно сказать, иначе картина получается однобокой. СДВГ сам по себе связан с повышенной частотой расстройств, связанных с употреблением веществ, — это одно из воспроизводимых наблюдений, вошедших в международное консенсусное заявление 2021 года, которое обобщает 208 доказательных выводов о расстройстве.

Отсюда следует неочевидная вещь: когда человек с СДВГ, не получающий лечения, начинает употреблять вещества, это часто читают как «последствие таблеток», хотя таблеток не было. Разбор связи диагноза и зависимостей — в материале СДВГ и зависимости: почему риск выше.

Практический смысл в том, что вопрос «лечить или не лечить» нельзя решать, сравнивая лечение с нулевым риском. Сравнивать приходится с реальным риском нелеченого расстройства.

Что из этого следует в российских условиях

Аддералла в России нет и легально быть не может. Действующее вещество препарата — амфетамин — стоит в списке I перечня, утверждённого постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 № 681, позицией «Амфетамин и его производные, за исключением производных, включённых в качестве самостоятельных позиций в перечень». Для этого списка статья 14 Федерального закона № 3-ФЗ допускает оборот только в научных, учебных, экспертных и оперативных целях — медицинского применения среди них нет, поэтому нет ни рецепта, ни зарегистрированного препарата, ни законного способа ввоза. Правовая рамка разобрана в материале Аддералл в России: запрещён или нет, а причины именно такого режима — в материале почему в России запрещены все стимуляторы.

Казалось бы, вопрос о зависимости от недоступного препарата теряет смысл. На практике — нет, и вот почему.

Первое. Страх «привыкания» переносится на препараты, которые доступны. Атомоксетин — нестимулятор без наркогенного потенциала, но отказ от него нередко мотивируют тем же самым опасением. Разбор — вызывают ли препараты от СДВГ зависимость.

Второе. Человек, прочитавший, что «стимуляторы не вызывают зависимости», иногда делает из этого вывод о безопасности покупки препарата с рук. Вывод неверный дважды: данные касаются назначенного лечения под наблюдением, а состав того, что продаётся под видом препарата, никем не проверен. Как устроен этот рынок, разобрано в материале купить стимуляторы онлайн.

Третье. Тем, кто принимает препарат за рубежом и приезжает в Россию, важна не фармакология, а правовая сторона: последствия провоза разобраны в материале что будет, если привезти аддералл в Россию.

Признаки, с которыми идут к врачу

Из того, что назначенное лечение в среднем не ведёт к зависимости, не следует, что за приёмом не нужно наблюдать. Средние значения описывают выборки, а не конкретного человека, и есть набор наблюдений, при которых схему пересматривают.

О чём стоит сказать врачу без промедления:

• доза растёт не по назначению, а самостоятельно — «сегодня не хватило, приму ещё»;
• препарат начинают принимать не ради работы или учёбы, а ради состояния как такового;
• появляется тревога о том, что запас закончится, и планирование дня строится вокруг приёма;
• приём продолжается, несмотря на очевидные проблемы со сном, аппетитом или давлением;
• возникает мысль изменить способ приёма — растолочь, разделить, принять иначе, чем предписано.

Последний пункт особенно важен: именно смена пути введения переводит ситуацию из медицинской в опасную, и в систематических обзорах тяжёлые исходы описаны прежде всего в этом сценарии.

Что при этом не является поводом для тревоги само по себе: снижение эффекта через несколько месяцев (толерантность корректируется врачом), усталость в первые дни после отмены и возвращение прежних симптомов при перерыве. Все три состояния ожидаемы и не означают утраты контроля.

Отдельная ситуация — сопутствующее расстройство, связанное с употреблением веществ. При СДВГ такое сочетание встречается чаще, чем в среднем, и в этом случае схему лечения выбирают с учётом обоих диагнозов, а не по общему правилу. Решение принимает врач очно, и «уточнить по интернету» здесь не работает.

Что делать со страхом зависимости

Страх сам по себе разумен: речь о контролируемом веществе, и относиться к нему легкомысленно не следует. Но решения он принимать не должен.

Разделить вопросы. Прежде чем спорить, стоит понять, о чём именно речь: о назначенном лечении, о свойствах вещества или о немедицинском употреблении. Ответы разные.

Смотреть на дизайн исследований, а не на заголовки. Сравнение «внутри человека» и мета-анализ длительных наблюдений — не то же самое, что опрос студентов или подборка случаев в СМИ.

Обсуждать опасения с врачом прямо. Формулировка «я боюсь привыкнуть» — нормальный повод для разговора о выборе препарата, форме выпуска и схеме наблюдения, а не признак недоверия.

Не заменять лечение самоназначением. Любое вещество, полученное вне аптеки, выводит ситуацию из области медицины — и данные, приведённые выше, к ней перестают относиться.

Помнить о нелекарственной части. Она работает независимо от доступности препаратов и снижает нагрузку на любую схему: сон, режим, поведенческие стратегии, внешние опоры. Практический разбор — в материале как люди с СДВГ живут в России без стимуляторов.

Коротко: главное

• Вопрос о зависимости распадается на три разных: о пациентах, о свойствах вещества и о немедицинском употреблении.
• Мета-анализ 15 длительных исследований (2565 участников) не нашёл разницы по употреблению веществ между лечеными и нелечеными в детстве.
• Анализ страховых данных 2 993 887 пациентов: в месяцы приёма препарата связанные с веществами обращения встречались реже — отношение шансов 0,65 и 0,69.
• Немедицинское употребление рецептурных стимуляторов реально: 2,1–58,7 % в разных выборках, передача таблеток другим — 0,7–80 %.
• Улучшения учёбы у людей без СДВГ систематический обзор не подтверждает.
• Риск злоупотребления выше у форм немедленного высвобождения и резко возрастает при неоральных путях введения.
• Толерантность, синдром отмены и возвращение симптомов СДВГ — не зависимость и требуют разных решений.
• СДВГ сам по себе связан с повышенным риском расстройств от употребления веществ, поэтому сравнивать лечение надо не с нулевым риском.

Частые вопросы

Источники

• Humphreys KL et al. Stimulant medication and substance use outcomes: a meta-analysis. JAMA Psychiatry, 2013;70(7):740-9 — мета-анализ 15 длительных исследований: лечение стимуляторами не повышает и не снижает риск
• Quinn PD et al. ADHD Medication and Substance-Related Problems. Am J Psychiatry, 2017;174(9):877-885 — сравнение внутри человека на выборке 2 993 887 пациентов
• Faraone SV et al. Systematic Review: Nonmedical Use of Prescription Stimulants: Risk Factors, Outcomes, and Risk Reduction Strategies. J Am Acad Child Adolesc Psychiatry, 2020;59(1):100-112 — систематический обзор 111 исследований немедицинского употребления и диверсии
• Wilens TE et al. Misuse and diversion of stimulants prescribed for ADHD: a systematic review of the literature. J Am Acad Child Adolesc Psychiatry, 2008;47(1):21-31 — обзор 21 исследования: распространённость приёма чужих стимуляторов и передачи препарата
• Faraone SV et al. The World Federation of ADHD International Consensus Statement: 208 Evidence-based conclusions about the disorder. Neurosci Biobehav Rev, 2021;128:789-818 — международное консенсусное заявление: связь СДВГ с расстройствами употребления веществ
• Постановление Правительства РФ № 681 от 30.06.1998 — список I перечня: амфетамин и его производные

Материал носит справочный характер и не заменяет консультацию врача. Решения о диагностике и лечении принимаются очно и индивидуально.

Автор-редактор: Григорий Зиневич