СДВГ и зависимости: почему риск выше

При СДВГ риск зависимостей выше среднего — и от веществ, и от поведения: игр, экрана, покупок. Дело не в характере и не в распущенности, а в сочетании четырёх механизмов: дефицита тормозного контроля, потребности в стимуляции, попыток заглушить эмоциональное напряжение и накопленного стресса от жизни на пределе. Риск повышен, но не предопределён — большинство людей с СДВГ зависимости не имеют, а лечение основного состояния и отсроченное начало употребления заметно меняют шансы.

Разбираем, о каких зависимостях идёт речь, что показывают исследования по каждому виду, чем поведенческие зависимости отличаются от химических, где граница между гиперфокусом и проблемой, что защищает и как выглядит разговор с подростком.

Содержание

• О каких зависимостях идёт речь
• Что показывают данные
• Четыре механизма повышенного риска
• Поведенческие зависимости: отдельная история
• Гиперфокус или зависимость: где граница
• Что снижает риск
• Как заметить у себя
• Как говорить с подростком
• Что делать, если проблема уже есть
• Коротко: главное
• Частые вопросы
• Источники

О каких зависимостях идёт речь

Разговор о зависимостях при СДВГ обычно сводится к алкоголю и наркотикам, и это сужает картину. Механизм, который лежит в основе, одинаково работает и там, где вещества не участвуют вовсе.

Химические зависимости — алкоголь, никотин, каннабис, стимуляторы, реже другие вещества. Поведенческие — компьютерные игры, бесконечная лента соцсетей, азартные игры и ставки, импульсивные покупки, а по некоторым данным и переедание. Формально это разные диагностические категории, и объединять их в одну кучу неправильно, но нейробиологическая основа у них частично общая.

С классификациями стоит быть точным. В действующей в России МКБ-10 есть рубрика F63.0 — патологическое влечение к азартным играм. Отдельного диагноза для игрового расстройства, связанного с видеоиграми, в ней нет: он появился только в МКБ-11, переход на которую приостановлен распоряжением Правительства РФ от 31.01.2024 № 200-р. «Зависимости от соцсетей» как официального диагноза не существует ни в одной из этих классификаций.

Это не значит, что проблемы нет: у человека, который проводит в игре по десять часов и теряет работу, есть вполне реальные трудности вне зависимости от наличия кода в классификаторе. Но громкие заголовки про «цифровой героин» опережают доказательную базу, и полезнее смотреть на конкретные последствия, чем на ярлыки.

Что показывают данные

Связь СДВГ с зависимостями — одна из самых изученных тем в этой области.

По веществам: сравнительные метаанализы 2011 года в Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry показали, что дети с СДВГ во взрослом возрасте чаще имеют расстройства, связанные с употреблением, чем сверстники без диагноза. Систематический обзор 2026 года в Substance Use & Misuse подтверждает и более раннее начало употребления. Обзор коморбидности у взрослых 2023 года в Neuroscience & Biobehavioral Reviews добавляет, что рядом с зависимостью обычно стоят тревога и расстройства настроения.

По играм: систематический обзор с метаанализом 2023 года в Clinical Psychology Review нашёл устойчивую связь между выраженностью симптомов СДВГ и признаками игрового расстройства. Связь двунаправленная — игры не только притягивают людей с СДВГ, но и сами по себе ухудшают режим, сон и учёбу.

По интернету и соцсетям: метаанализ 2017 года в BMC Psychiatry показал значимую связь СДВГ с проблемным использованием интернета, а систематический обзор 2025 года в Journal of Psychiatric Research — с проблемным использованием социальных сетей.

Общая оговорка ко всем строкам таблицы: это данные о группах. Повышенный риск не означает предопределённости — большинство людей с СДВГ никакой зависимости не имеют.

Четыре механизма повышенного риска

Понимание механизмов важнее статистики: оно подсказывает, где вмешиваться.

Первый — дефицит тормозного контроля. Промежуток между импульсом и действием при СДВГ короче. «Ещё одна серия», «ещё одна ставка», «ещё один бокал» — решение принимается раньше, чем включается оценка последствий. Это тот же механизм, который отвечает за несдержанные сообщения и импульсивные траты; разбор — в руководстве исполнительные функции: как устроен «пульт управления».

Второй — потребность в стимуляции. Состояние недостаточной стимуляции при СДВГ переносится тяжело: это не «скучно», а физически неприятно. Всё, что даёт быструю и предсказуемую награду, встраивается в жизнь плотно и быстро — а игры, лента и ставки спроектированы именно так.

Третий — регуляция эмоций. Сильные реакции, болезненная чувствительность к отвержению, невозможность «выключиться» вечером создают постоянный запрос на способ снизить напряжение. Вещество или занятие, которое это делает быстро, закрепляется как инструмент. Механизм разобран в руководстве эмоциональная дисрегуляция и RSD при СДВГ.

Четвёртый — накопленный стресс и вторичные состояния. Годы неудач, проблемы с работой и деньгами, депрессия и тревога — всё это самостоятельно повышает риск. Зависимость часто оказывается не первой проблемой, а следствием нескольких лет жизни без помощи.

Отдельно стоит назвать то, чего в этом перечне нет: слабой воли, дурного влияния и распущенности. Эти объяснения ничего не предсказывают и ничего не подсказывают — а значит, бесполезны.

Поведенческие зависимости: отдельная история

Различие между химическими и поведенческими зависимостями практически важно, потому что стратегии помощи у них разные.

С веществом возможен полный отказ, и часто это самый надёжный путь. С экраном, покупками и играми полный отказ обычно невозможен: телефон нужен для работы, деньги — для жизни. Значит, задача другая — не «бросить», а перестроить отношения с занятием, и это сложнее.

Второе отличие — в очевидности вреда. Похмелье заметно, а «просто ещё полчаса в ленте» выглядит безобидно даже тогда, когда суммарно съедает четыре часа в день. Именно поэтому поведенческие зависимости при СДВГ часто остаются нераспознанными: человек считает проблемой прокрастинацию, а не механизм, который её кормит.

Третье — доступность. Вещество надо купить, приложение открывается за секунду. Импульсивность в этих условиях работает без всякого сопротивления среды, и именно поэтому средовые решения — самые действенные.

Практические приёмы для цифровой части разобраны в материале экраны и СДВГ: где золотая середина, а для денежной — в материале импульсивные покупки при СДВГ.

Гиперфокус или зависимость: где граница

Вопрос, который возникает у каждого второго: если я двенадцать часов подряд занимался проектом и забыл поесть — это зависимость?

Нет. Гиперфокус — это состояние глубокой поглощённости интересным делом, характерное для СДВГ. Оно бывает и продуктивным, и разрушительным для режима, но само по себе зависимостью не является.

Различают эти вещи по четырём признакам.

Ещё один ориентир: гиперфокус случается с тем, что интересно, а зависимость — с тем, что уже давно не радует, но продолжается. Фраза «мне это даже не нравится, но я не могу остановиться» — тревожная.

Что снижает риск

Хорошая новость в том, что защитные факторы известны и большинство из них управляемы.

Лечение самого СДВГ. Нелеченое состояние — самостоятельный фактор риска. Частый страх, что терапия «приучит к таблеткам», данными не подтверждается: метаанализ 2013 года в JAMA Psychiatry не обнаружил повышения риска проблем с веществами у тех, кто получал лечение стимуляторами в детстве. Тема разбирается подробно в материале вызывают ли препараты от СДВГ зависимость.

Отсроченное начало. Чем позже человек начинает употреблять, тем ниже вероятность проблемного употребления в будущем. Для родителей подростка это, пожалуй, самый весомый аргумент из существующих.

Легальные источники стимуляции. Спорт, музыка, сложные хобби, работа с быстрой обратной связью — всё, что даёт нервной системе нагрузку и результат. Пустой вечер при СДВГ — фактор риска сам по себе.

Сон и режим. Недосып ухудшает контроль над импульсами напрямую, и это один из самых недооценённых рычагов.

Лечение сопутствующих состояний. Депрессия и тревога радикально повышают вероятность «самолечения» — см. материал депрессия при СДВГ.

Отношения, в которых можно говорить о трудностях. Изоляция и стыд — топливо для любой зависимости, а при СДВГ стыда обычно накоплено много.

Для этого есть две короткие шкалы, которыми пользуются врачи: AUDIT про алкоголь и DUDIT про всё остальное. Обе считают не только количество, но и последствия — а именно они отличают употребление от проблемы.

Как заметить у себя

Считать количество бесполезно: оценки смещены, а «нормой» человек считает то, что принято вокруг. Надёжнее задавать себе три вопроса.

Первый: какую функцию это выполняет? Если ответ — «чтобы уснуть», «чтобы не думать», «чтобы пережить вечер», речь уже не об удовольствии, а об инструменте регуляции состояния.

Второй: что происходит при попытке прекратить? Не «могу ли я теоретически», а что было в последний раз, когда вы действительно пробовали. Раздражительность, тревога, невозможность занять себя — значимые признаки.

Третий: есть ли последствия, которые вы уже терпите? Пропущенные сроки, конфликты, деньги, сон, здоровье. Зависимость определяется не веществом и не занятием, а тем, что человек продолжает несмотря на очевидный вред.

По алкоголю есть удобный ориентир — опросник AUDIT, разработанный ВОЗ; подробнее об этом в материале алкоголь и СДВГ. По никотину практические шаги разобраны в материале СДВГ и никотин.

Как говорить с подростком

Для родителей это самая практическая часть, и здесь есть несколько вещей, которые работают хуже, чем кажется.

Не работает запугивание. Рассказы про печень и деградацию для подростка абстрактны, а импульсивность делает отдалённые последствия почти невидимыми. Работают ближние аргументы: как это скажется на игре в субботу, на тренировке, на деньгах, на отношениях.

Не работает тотальный запрет без альтернативы. Если отобрать единственный доступный источник стимуляции, потребность никуда не денется — она найдёт худший выход. Замена обязана быть предложена вместе с ограничением.

Работает честный разговор о повышенном риске. Подросток с СДВГ имеет право знать, что у него выше вероятность быстрее втянуться. Это не приговор, а информация, которая помогает принимать решения — и она воспринимается лучше, чем моральные оценки.

Работает договор о правилах и последствиях, заключённый заранее. В спокойный момент, письменно, с понятными формулировками — а не в разгар конфликта.

Работает сохранение канала связи. Подросток, который знает, что может позвонить в неприятной ситуации без немедленного скандала, звонит. Это спасает больше, чем любые лекции.

Что делать, если проблема уже есть

Последовательность одинакова для веществ и для поведения, отличается только последний шаг.

Собрать факты. Две недели фиксировать: что, сколько, когда, что было перед этим. При СДВГ память на такие детали ненадёжна, и записи часто оказываются неприятным открытием.

Определить функцию и найти замену. Задача «уснуть» решается иначе, чем задача «пережить скучный вечер». Без замены отказ держится недолго.

Изменить среду, а не полагаться на силу воли. Не держать дома запас, убрать приложение с первого экрана, поставить лимиты, отвязать карту от сервисов. Импульсивность плохо поддаётся уговорам и хорошо — трению в среде.

Заняться основным состоянием. Если СДВГ не диагностирован или не лечится, часть тяги сохранится независимо от усилий. Маршрут описан в руководстве как получить диагноз СДВГ в России, а доказательные подходы — в руководстве лечение СДВГ.

Обратиться за специализированной помощью. При зависимости от веществ это врач психиатр-нарколог; при поведенческих — психотерапевт, работающий с этой темой. Неудача самостоятельных попыток не признак слабости: невозможность остановиться собственными силами и есть определяющая характеристика зависимости.

Коротко: главное

• При СДВГ риск зависимостей выше — и химических, и поведенческих; это данные о группах, а не приговор.
• Механизмы: дефицит тормозного контроля, потребность в стимуляции, регуляция эмоций, накопленный стресс.
• Игровое расстройство есть в МКБ-11, но в действующей в России МКБ-10 из игровых расстройств кодируется только патологическое влечение к азартным играм.
• С поведенческими зависимостями сложнее: полный отказ невозможен, а вред менее очевиден.
• Гиперфокус — не зависимость: он про интерес, а зависимость про снятие напряжения и пустоту после.
• Риск снижают лечение СДВГ, позднее начало употребления, легальная стимуляция, сон и лечение депрессии.
• Метаанализ не подтверждает, что лечение стимуляторами повышает риск проблем с веществами.
• С подростком работают ближние аргументы, замена вместо запрета и сохранённый канал связи.

Что почитать дальше: алкоголь и СДВГ, СДВГ у взрослых, эмоциональная дисрегуляция и RSD.

Частые вопросы

По конкретным веществам и формам зависимости есть отдельные разборы: каннабис, первая проба алкоголя, вейпов и снюса у подростка и ставки и азартные игры — почему затягивает и как поставить себе барьер.

Источники

• Charach A. et al. Childhood attention-deficit/hyperactivity disorder and future substance use disorders: comparative meta-analyses. Journal of the American Academy of Child & Adolescent Psychiatry, 2011;50(1):9–21 — долгосрочная связь детского СДВГ с расстройствами употребления.
• Humphreys K.L. et al. Stimulant medication and substance use outcomes: a meta-analysis. JAMA Psychiatry, 2013;70(7):740–749 — влияние лечения на риск проблем с веществами.
• Koncz P. et al. The emerging evidence on the association between symptoms of ADHD and gaming disorder: A systematic review and meta-analysis. Clinical Psychology Review, 2023;106:102343 — связь симптомов СДВГ с игровым расстройством.
• Wang B.Q. et al. The association between attention deficit/hyperactivity disorder and internet addiction: a systematic review and meta-analysis. BMC Psychiatry, 2017;17(1):260 — СДВГ и проблемное использование интернета.
• Ding J. et al. The association between problematic social media use and attention deficit/hyperactivity disorder symptomatology: a systematic review and meta-analysis. Journal of Psychiatric Research, 2025 — соцсети и симптомы СДВГ.
• Hartman C.A. et al. Anxiety, mood, and substance use disorders in adult men and women with and without attention-deficit/hyperactivity disorder. Neuroscience & Biobehavioral Reviews, 2023;151:105209 — обзор коморбидности у взрослых.
• Faraone S.V. et al. The World Federation of ADHD International Consensus Statement. Neuroscience & Biobehavioral Reviews, 2021;128:789–818 — сводка данных о сопутствующих расстройствах.
• Распоряжение Правительства РФ от 31.01.2024 № 200-р — приостановка перехода на МКБ-11.

Материал носит справочный характер и не заменяет консультацию специалиста. При признаках зависимости обращайтесь к врачу психиатру-наркологу или психотерапевту.

Автор-редактор: Григорий Зиневич