Буллинг и СДВГ: почему такие дети — мишень и как защитить

Дети с СДВГ вовлечены в травлю примерно вдвое чаще сверстников, причём в обеих ролях: по данным американского национального опроса, 46,9 % детей 6–17 лет с СДВГ были жертвами буллинга и 16,2 % — его инициаторами. Это не значит, что ребёнок «сам виноват» или «слишком слабый»: и уязвимость, и агрессия вырастают из одних и тех же особенностей — импульсивности, трудностей с эмоциональной регуляцией и социальными сигналами. Именно поэтому обычные советы вроде «не обращай внимания» здесь не работают, а универсальные школьные программы помогают таким детям хуже, чем остальным.

Разбираем, что показывают исследования о риске, как распознать травлю, если ребёнок молчит, что обязана сделать школа по российскому закону и какие действия родителя действительно меняют ситуацию.

Содержание

• Насколько велик риск
• Почему ребёнок с СДВГ становится мишенью
• Почему он же чаще оказывается агрессором
• Как распознать, если ребёнок молчит
• Первый разговор
• Что обязана сделать школа
• Что работает по данным исследований
• Роль лечения СДВГ
• Что не работает
• Кибербуллинг
• Коротко: главное
• Частые вопросы
• Источники

Насколько велик риск

Самые надёжные цифры дают крупные популяционные опросы. В американском Национальном обследовании здоровья детей за 2016–2017 годы среди детей 6–17 лет с СДВГ жертвами травли по сообщениям родителей были 46,9 %, а инициаторами — 16,2 %.

В том же исследовании выделены факторы, связанные с каждой из ролей, и они полезны родителю как ориентир: они показывают, где именно можно вмешаться.

Обратите внимание на пересечение: трудности с дружбой и жалобы школы фигурируют в обоих списках. Это подсказывает, что ключевая точка приложения усилий — не «сделать ребёнка сильнее», а помочь ему выстроить отношения со сверстниками и снять постоянный конфликт со школой.

Почему ребёнок с СДВГ становится мишенью

Травля — процесс, в котором агрессору важна реакция. Ребёнок с СДВГ даёт её быстро, ярко и предсказуемо, и это делает его удобной мишенью.

Мгновенная эмоциональная реакция. Эмоциональная дисрегуляция — часть картины СДВГ: обида, злость и слёзы приходят сразу и в полном объёме. Для агрессора это идеальная обратная связь. Механизм разобран в руководстве эмоциональная дисрегуляция и RSD.

Пропущенные социальные сигналы. Ребёнок не всегда считывает момент, когда шутка перестала быть шуткой, встревает в разговор, говорит невпопад. Это не невоспитанность, а следствие дефицита торможения и внимания к контексту.

Репутация «проблемного». Если ребёнок регулярно получает замечания, класс усваивает: с ним можно. А когда он ответит, виноватым назначат его — потому что «он всегда мешает».

Меньше защитных связей. Дружеские отношения — главный буфер против травли, а при СДВГ дружба часто нестабильна: конфликты, перебивания, трудности с очередью и правилами игры.

Чувствительность к отвержению. Даже нейтральная реакция группы переживается остро, поэтому ребёнок может ощущать травлю там, где её ещё нет, — и одновременно скрывать реальную. Об этом — в материале RSD: чувствительность к отказу.

Почему он же чаще оказывается агрессором

Об этой стороне говорят реже, но данные однозначны. В длительном наблюдении за 1526 подростками, где симптомы оценивались в 11, 13, 15 и 17 лет и самим ребёнком, и учителями, симптомы СДВГ повышали прежде всего риск стать инициатором травли: эффект прослеживался с 13 до 15 лет и с 15 до 17 лет по самоотчёту, а по учительским оценкам невнимательности — уже с 11 лет.

Принципиально важно, какая это агрессия. Авторы прямо указывают: речь идёт не об инструментальной агрессии — холодном расчёте ради статуса, — а о реактивной и импульсивной, связанной со вспышками и слабыми социальными навыками. Ребёнок не строит план унизить другого; он не удерживает импульс, отвечает слишком сильно и не может остановиться.

Для родителя это меняет тактику. Наказания за «жестокость» бьют мимо: работать нужно с распознаванием нарастающего напряжения, с паузой между импульсом и действием и с восстановлением отношений после срыва. Разговор строится не вокруг «ты плохой», а вокруг «в этот момент тебя понесло — давай найдём, где именно».

Отдельный частый вариант — ребёнок в обеих ролях сразу: его травят, он взрывается, его наказывают, и цикл повторяется. Такой сценарий требует вмешательства школы, потому что изнутри он не разрывается.

Как распознать, если ребёнок молчит

Дети редко рассказывают о травле прямо — из стыда, из страха, что станет хуже, или потому, что уже слышали «сам виноват». Смотреть стоит на изменения, а не на жалобы.

• Не хочет в школу без внятной причины, особенно по понедельникам и после каникул; появляются утренние боли в животе и голове.
• Портятся или «теряются» вещи: телефон, форма, наушники, деньги на обед.
• Меняются маршруты и время: просит забирать, идёт длинной дорогой, задерживается, чтобы не встречаться с классом.
• Исчезают друзья: перестал звать в гости, никого не упоминает, отказывается от общих чатов.
• Резкие изменения после телефона: закрывает экран, мрачнеет после сообщений, удаляет аккаунты.
• Самоописание меняется: «я тупой», «меня все ненавидят» — формулировки, которых раньше не было.

Отдельный маркер, который часто пропускают: ребёнок начинает вести себя дома агрессивнее обычного. Напряжение, накопленное в школе, разряжается там, где безопасно, — и родители нередко наказывают за следствие, не зная о причине.

Первый разговор

От того, как пройдёт первый разговор, зависит, расскажет ли ребёнок остальное. Несколько правил, которые повышают шансы.

Не допрашивать. Вопрос «тебя обижают?» обычно получает «нет». Лучше работают наблюдения: «Я заметил, ты вторую неделю не хочешь идти в школу. Что там происходит?»

Сразу снять вину. Первое, что должен услышать ребёнок: он не виноват в том, что с ним так обращаются, и рассказать — не значит «настучать».

Не обещать невозможного. «Я никому не скажу» — обещание, которое придётся нарушить. Честнее: «Я расскажу только тем, кто может это остановить, и заранее обсужу с тобой каждый шаг».

Не бросаться в школу в тот же час. Импульсивный визит с криком в коридоре чаще ухудшает положение ребёнка в классе. Сначала — факты и план.

Начать фиксировать. Дата, что произошло, кто участвовал, кто видел, что сделала школа. Скриншоты переписок сохранять сразу — их удаляют.

Что обязана сделать школа

Слова «буллинг» в российском законодательстве нет, но обязанности школы описаны прямо. По статье 41 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» организация обязана обеспечивать безопасность обучающихся во время пребывания в ней и проводить профилактику несчастных случаев. По статье 34 обучающийся имеет право на уважение человеческого достоинства и защиту от всех форм физического и психического насилия и оскорбления личности.

Порядок действий родителя, который работает:

• Разговор с классным руководителем — устно, но с фиксацией даты и договорённостей в сообщении вслед: «Уточняю, о чём мы договорились сегодня».
• Письменное заявление директору, если за неделю-две ничего не изменилось. Два экземпляра, на вашем — отметка о принятии, либо отправка по электронной почте школы.
• Комиссия по урегулированию споров между участниками образовательных отношений — она создаётся в каждой школе по статье 45 закона об образовании и рассматривает конфликты, включая ситуации нарушения прав ребёнка.
• Обращение в вышестоящие инстанции — управление образования, Рособрнадзор, прокуратура, — если школа бездействует. Порядок и формулировки разобраны в материале куда жаловаться, если школа отказывает.
• Заявление в полицию при физическом насилии, вымогательстве или угрозах — это уже не педагогическая, а правовая плоскость.

Важная деталь: цель обращения — не наказать конкретных детей, а получить от школы план действий с ответственными и сроками. Формулировка «прошу принять меры» слабее, чем «прошу сообщить, какие меры приняты и в какие сроки».

Параллельно стоит выстроить отношения с учителем как с союзником, а не оппонентом. Как это делать, если у ребёнка есть диагноз, разобрано в материале ребёнок с СДВГ и учитель: как договориться.

Что работает по данным исследований

Школьные антибуллинговые программы изучены хорошо. Метаанализ 69 рандомизированных исследований со 111 659 участниками показал, что они снижают травлю (размер эффекта −0,150; 95 % ДИ от −0,191 до −0,109) и уменьшают проявления тревоги и депрессии (−0,205). Это работает, но эффект умеренный: чтобы предотвратить один случай, программой нужно охватить около 147 детей.

Для ребёнка с СДВГ здесь есть отдельная проблема. Авторы лонгитюдного исследования подчёркивают: программы, построенные на классных беседах и общем учебном материале, хуже достигают детей с выраженными симптомами — им сложнее удерживать внимание на занятии и переносить обсуждение в реальную ситуацию. Нужны адаптации: отработка конкретных сценариев, роль в классе, работа со взрослым сопровождающим.

Что усиливает защиту конкретного ребёнка помимо школьной программы:

• Один устойчивый друг. Наличие хотя бы одного стабильного приятеля снижает вероятность травли сильнее большинства мер; ради этого имеет смысл поддерживать общение вне школы.
• Кружок вне класса. Среда, где ребёнок успешен и имеет другой статус, компенсирует школьную позицию.
• Отработка конкретных фраз. Не «будь увереннее», а заранее проговорённые короткие ответы и правило уходить к взрослому.
• Взрослый в школе, к которому можно подойти. Психолог, учитель, завуч — конкретный человек с именем.

Роль лечения СДВГ

Есть данные и о том, что лечение самого СДВГ меняет положение ребёнка в группе. В наблюдательном исследовании детей и подростков 8–16 лет, начавших приём метилфенидата, через три месяца доля тех, кто вёл себя как агрессор, снизилась с 50 % до 18 %, а доля жертв — с 80 % до 46 %. Дополнительно выяснилось, что снижение баллов по шкале проблем поведения уменьшало риск быть агрессором, а снижение тревоги — риск быть жертвой.

Важные оговорки. Исследование открытое и без контрольной группы, поэтому часть улучшения может объясняться другими факторами. Метилфенидат в России не зарегистрирован, так что прямого практического применения эти цифры не имеют. Но общий вывод устойчив: когда состояние компенсировано, ребёнок реже срывается и реже даёт ту самую реакцию, ради которой его провоцируют.

Проще говоря, работа с травлей идёт по двум линиям одновременно: снаружи — через школу и среду, изнутри — через помощь самому ребёнку. Обзор доступных подходов — в руководстве лечение СДВГ: всё, что работает и не работает.

Что не работает

«Не обращай внимания». Совет предполагает, что ребёнок способен подавить реакцию. При СДВГ это как раз самая слабая функция, и требование её проявить оборачивается ещё одним поражением.

«Дай сдачи». Ребёнок с импульсивностью отвечает несоразмерно и попадает в положение виновного — с записью в дневнике и разбором на совете профилактики, тогда как зачинщики остаются в стороне.

Разговор «примиритесь и пожмите руки». Медиация между агрессором и жертвой при неравенстве сил закрепляет ситуацию: ребёнок публично признаёт «свою часть вины» за то, что с ним делали.

Перевод в другую школу как единственная мера. Иногда он необходим, но без работы над навыками и без снятия репутации «того самого» сценарий часто повторяется на новом месте.

Публичный конфликт с родителями обидчиков. Разговор через головы школы обычно превращается во взаимные обвинения, а ребёнок остаётся в том же классе.

Кибербуллинг

Онлайн-травля отличается тремя вещами: она не заканчивается со звонком с урока, у неё много свидетелей и она оставляет следы — что как раз на руку родителю.

Практические шаги: сохранять скриншоты с датой и именами до того, как сообщения удалят; не отвечать в переписке; заблокировать и пожаловаться внутри платформы; при угрозах и распространении личных материалов — обращаться в полицию. Изъятие телефона как «защитная мера» обычно приводит к тому, что ребёнок перестаёт рассказывать: для него это наказание за то, что он стал жертвой.

Отдельно про импульсивность: подросток с СДВГ легко втягивается в переписку и пишет то, что позже используют против него. Правило «сначала показать взрослому, потом отвечать» стоит проговорить заранее, до того как ситуация возникнет.

Коротко: главное

• Среди детей 6–17 лет с СДВГ 46,9 % были жертвами травли и 16,2 % — её инициаторами; роли часто совмещаются.
• Мишенью ребёнок становится из-за быстрой эмоциональной реакции, пропущенных социальных сигналов и репутации «проблемного».
• Симптомы СДВГ повышают и риск стать агрессором, но агрессия здесь реактивная и импульсивная, а не расчётливая.
• Ребёнок обычно молчит: смотреть нужно на нежелание идти в школу, пропажу вещей, смену маршрутов и исчезновение друзей.
• Школа обязана обеспечивать безопасность (статья 41) и защищать достоинство ребёнка (статья 34 закона об образовании); есть комиссия по урегулированию споров.
• Школьные программы снижают травлю с умеренным эффектом (−0,150), но детей с СДВГ универсальные форматы достигают хуже.
• Не работают советы «не обращай внимания» и «дай сдачи», примирительные беседы при неравенстве сил и перевод школы без работы над навыками.

Что почитать дальше: СДВГ у детей: полное руководство для родителей, родителю ребёнка с СДВГ: с чего начать, эмоциональная дисрегуляция и RSD.

Частые вопросы

Источники

• Cuba Bustinza C. et al. Factors Associated With Bullying Victimization and Bullying Perpetration in Children and Adolescents With ADHD. Journal of Attention Disorders, 2022;26(12):1535–1548 — данные Национального обследования здоровья детей США.
• Murray A.L. et al. Developmental relations between ADHD symptoms and bullying perpetration and victimization in adolescence. Aggressive Behavior, 2021;47(1):58–68 — лонгитюд 1526 подростков, четыре волны измерений.
• Fraguas D. et al. Assessment of School Anti-Bullying Interventions: A Meta-analysis of Randomized Clinical Trials. JAMA Pediatrics, 2021;175(1):44–55 — 69 РКИ, 111 659 участников.
• Karaosman T. et al. The Effects of Methylphenidate Treatment on Bullying Perpetration and Victimization in Children and Adolescents with ADHD. Journal of Child and Adolescent Psychopharmacology, 2022;32(2):96–103 — наблюдательное исследование, три месяца терапии.
• Федеральный закон от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» — статьи 34, 41 и 45 о правах обучающихся, безопасности и комиссии по урегулированию споров.

Материал носит справочный характер и не заменяет консультацию специалиста. Если у ребёнка появились подавленность, нарушения сна, отказ от школы или высказывания о нежелании жить, обратитесь к детскому психиатру или психологу без промедления.

Автор-редактор: Григорий Зиневич