«Феррари с тормозами от запорожца»: почему дети с СДВГ в России не получают помощи в школе
Forbes Education: дети с СДВГ в российских школах остаются без поддержки — Минпросвещения не планирует менять их статус, а учителя не знают, как работать с такими учениками
Учащиеся с диагнозом «синдром дефицита внимания с гиперактивностью» есть в каждой школе и почти в каждом классе России. Им сложно усидеть на месте, сохранять концентрацию и контролировать импульсы. Их обучение требует особого подхода — индивидуального темпа, частой смены видов деятельности, визуальной поддержки и снижения количества отвлекающих факторов. Однако, как выяснила Надежда Иваницкая в статье для Forbes от 11 февраля 2026 года, российская система образования не только не помогает таким детям, но и часто усугубляет их проблемы.
Статья вызвала широкий резонанс в родительских и педагогических сообществах и остаётся актуальной до сих пор. Её главный тезис: дети с СДВГ в России оказались в «серой зоне» между медицинским диагнозом и образовательными потребностями. Формально они не относятся к категории детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ), поэтому не имеют права на адаптированную образовательную программу, тьюторскую поддержку или индивидуальный учебный план. При этом Минпросвещения, по данным Forbes, не планирует менять эту ситуацию.
Два типа детей — одна проблема
Автор описывает два наиболее распространённых фенотипа детей с СДВГ, которые узнает любой учитель. Первый — шумный, вертлявый, импульсивный ребёнок, который «может внезапно закукарекать на уроке, потому что между возникновением идеи и её реализацией у него проходит доля секунды». Таких детей психиатры в шутку называют «феррари с тормозами от запорожца» — мощный мотор (мозг) при практически отсутствующих тормозах (механизмах самоконтроля). Импульсивность у таких детей не является следствием плохого воспитания — это нейробиологическая особенность: префронтальная кора, отвечающая за тормозной контроль, просто не успевает обработать сигнал до того, как ребёнок уже совершил действие.
Второй тип — тихий, мечтательный, «витающий в облаках» ребёнок, который приходит домой с пустыми тетрадями: пока учитель объяснял математику, его мысли улетели за вороной за окном. Часто эти дети остаются незамеченными педагогами, потому что не нарушают дисциплину и не привлекают внимания. Но их проблема не менее серьезна: без поддержки они постепенно отстают по всем предметам, теряют мотивацию к учёбе и уверенность в себе. К старшим классам у таких детей нередко развивается тревожное расстройство и депрессия — последствия многолетнего опыта «я недостаточно стараюсь», хотя дело не в старании, а в нейробиологии.
«Любой ребёнок будет страдать от негативной обстановки в школе, но у детей с СДВГ реакция будет усиленная: ещё более оппозиционное поведение, драки, ссоры и срывы уроков», — цитирует Forbes детского психиатра, соучредителя Ассоциации психологов и психиатров за научно обоснованную практику Артёма Новикова.
Проблема в цифрах: 16% школьников, 0% поддержки
Официальной статистики по распространённости СДВГ в России Минздрав не публикует. Однако сотрудники его научных институтов в частных публикациях называют цифру 16% — то есть каждый шестой школьник имеет симптомы расстройства. По оценкам Элины Жилиной, психолога «Кризисного центра 812» и организатора пабликов для людей с СДВГ в Санкт-Петербурге, в классе на 30–40 человек может быть от двух до пяти детей с СДВГ. Гиперактивными чаще бывают мальчики, рассеянными — девочки, что создаёт дополнительную проблему недиагностированного СДВГ у девочек, чьи симптомы менее заметны для учителей.
При этом, в отличие от детей с ОВЗ, учащиеся с СДВГ не имеют юридического права на адаптированную программу, уменьшение количества детей в классе, дополнительное время на контрольных или помощь тьютора. Единственная их формальная защита — закон «Об образовании», который запрещает отчисление из школы до 15 лет. Но это защита от худшего, а не обеспечение лучшего.
Ситуация, по мнению экспертов, усугубится в ближайшее время: в школы возвращаются оценки за поведение. Для ребёнка с СДВГ, который физически не может сидеть смирно и молчать 45 минут подряд, это означает систематическое занижение оценок по поведению — со всеми вытекающими последствиями для итоговой аттестации, психологического состояния и самооценки.
Педагоги не готовы: «психология — чепуха»
Ключевая проблема, которую выделяет Forbes, — отсутствие подготовки учителей. Большинство педагогов российских школ не имеют базовых знаний о СДВГ и не понимают, что это не «капризы» и не «избалованность», а нейробиологическое расстройство с доказанной генетической основой и подтверждёнными изменениями в структуре и работе головного мозга.
«В обычных школах сохраняется старый учительский корпус, представители которого уверены, что психология — это чепуха, а детям просто надо объяснить, как себя вести», — цитирует Forbes педагога Ирину Лукьянову, автора книги «Экстремальное материнство. Счастливая жизнь с трудным ребёнком» и курса «СДВГ у детей: рекомендации учителю».
Проблема усугубляется тем, что грамотные, современные учителя, разбирающиеся в нейроотличии, обычно работают в сильных государственных школах — лицеях и гимназиях, куда ребёнку с СДВГ трудно попасть из-за конкурсного отбора. В обычной школе по месту жительства шанс встретить понимающего педагога значительно ниже. А без понимающего педагога ребёнок с СДВГ почти гарантированно столкнётся с постоянной критикой, наказаниями и стигматизацией.
Что делать: советы экспертов Forbes
Специалисты, опрошенные Forbes, сходятся в нескольких рекомендациях для родителей детей с СДВГ:
- Выбирать учителя, а не школу. Координатор проектов МОО родителей детей с СДВГ «Импульс» Людмила Межевова советует ориентироваться прежде всего на педагога, который уже доказал, что умеет работать с такими детьми. Имя такого учителя часто распространяется по «сарафанному радио» в родительских сообществах.
- Рассмотреть частные школы. Бывший директор московской школы № 444, а сейчас руководитель «Хорошколы» Павел Северинец считает, что в частных школах меньше классы, больше профильных специалистов (психологов, дефектологов) и более тесная связь с семьёй.
- Обращать внимание на размер класса. Основатель школы «Макарун» и центра для особенных детей «Макс» Лола Меткибаева объясняет: гиперактивным детям тяжело учиться в классах более 16 человек из-за избытка сенсорных раздражителей, шума и визуального шума — всё это перегружает и без того ослабленный фильтр внимания.
- Изучать свои права. Пока Минпросвещения не меняет статус детей с СДВГ, родителям придётся брать инициативу в свои руки: письменно фиксировать обращения к администрации школы, привлекать внешних специалистов для составления рекомендаций, объединяться с другими родителями для коллективного давления.
Статья Forbes, вышедшая ещё в феврале, остаётся актуальной спустя четыре месяца: никаких изменений в законодательстве или образовательной политике за это время не произошло. Дети с СДВГ продолжают оставаться «невидимыми» для системы образования — слишком беспокойными для обычной программы, но недостаточно «официально особенными», чтобы получить поддержку. Пока этот статус не изменится, тысячи российских школьников с СДВГ будут продолжать получать двойки не за знания, а за особенности работы своего мозга.
