«Дневники Аддерола»: что там правда, а что нет

Сериала с таким названием не существует: есть мемуары Стивена Эллиотта 2009 года и фильм Памелы Романовски 2015-го, о котором сам автор книги отозвался отрицательно. Аддералл в этой истории — не терапия, а способ выдать текст к сроку, и именно этот образ закрепился в культуре прочнее всего.

Разбираем, что за произведение стоит за запросом, какое место в нём занимает препарат, что представляет собой Аддералл и почему его нет в России, три вещи, которые подобные истории изображают неверно, и чем культурный образ вредит реальным ожиданиям от лечения.

Содержание

• Сначала — что это вообще такое
• Что в этой истории вообще о препарате
• Аддералл: что это и почему его нет в России
• Три вещи, которые в подобных историях изображают неверно
• Почему это не безобидно
• Немедицинское употребление: отдельный разговор
• Что смотреть и читать вместо
• Что делать, если это вас зацепило
• Коротко: главное
• Частые вопросы
• Источники

Сначала — что это вообще такое

Запрос про «Дневники Аддерола» обычно приходит с уточнением «сериал», и первое, что стоит поправить, — это как раз оно. Сериала нет.

Есть книга: The Adderall Diaries, мемуары американского писателя Стивена Эллиотта, вышедшие в 2009 году. Формально это true crime — повествование строится вокруг судебного процесса по делу об убийстве, но сквозной темой идёт собственная жизнь автора: детский дом, отношения с отцом, зависимости, письмо и препараты, которыми он поддерживал работоспособность.

И есть фильм: «Дневники Аддерола» 2015 года, снятый Памелой Романовски по мотивам этой книги. Главную роль сыграл Джеймс Франко, в фильме заняты также Эд Харрис, Эмбер Хёрд и Кристиан Слейтер. Премьера состоялась на фестивале Tribeca 16 апреля 2015 года, в ограниченный прокат картина вышла в апреле 2016-го.

Одна деталь стоит того, чтобы её знать заранее: сам Эллиотт отозвался о фильме отрицательно и заметил, что от его мемуаров в картине осталось мало, а зачем героя назвали его именем — непонятно. То есть даже на уровне «что было на самом деле» между книгой и фильмом уже расхождение.

Отсюда простой вывод: искать в этом материале достоверное описание жизни с СДВГ — задача изначально безнадёжная. Он о другом.

Что в этой истории вообще о препарате

Аддералл в названии — не про лечение СДВГ. Он про писательский стимул: препарат в этой книге работает как способ выдать текст, а не как терапия.

Такое употребление имеет своё название — немедицинское использование стимуляторов. Оно распространено в англоязычной студенческой и профессиональной среде, и именно оно породило устойчивый культурный образ: таблетка, после которой человек всю ночь пишет, кодит, готовится к экзамену.

Что этот образ упускает.

Он описывает употребление без диагноза. Эффект стимулятора у человека с СДВГ и без него различается, и разница не в силе, а в том, на что она ложится. Что вообще происходит при этом состоянии на уровне механизмов, разобрано в материале СДВГ и амфетамины: почему мозг реагирует по-другому.

Он показывает пик, а не отрезок. Ночь высокой продуктивности легко изобразить, а следующие три дня — нет. В кино нет времени на цену.

Он ничего не говорит о зависимости. А немедицинское использование стимуляторов — это отдельная и серьёзная тема, к терапии по назначению врача отношения не имеющая.

Аддералл: что это и почему его нет в России

Здесь начинается часть, которую в России стоит понимать точно, потому что цена ошибки уголовная.

Аддералл — торговое наименование смеси солей амфетамина. В государственном реестре лекарственных средств России такого препарата нет: поиск по торговому наименованию результата не даёт.

Важнее другое. Амфетамин и его производные входят в список I перечня, утверждённого постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 № 681. Это список веществ, оборот которых в России запрещён, а медицинское применение законом не предусмотрено. Туда же попадают декстроамфетамин и лиздексамфетамин, а метилфенидат стоит в том же списке отдельной позицией.

Практический смысл: привезти такой препарат из-за границы нельзя. Ни с рецептом от зарубежного врача, ни «для себя», ни в небольшом количестве. Речь идёт о статьях Уголовного кодекса о контрабанде, приобретении и хранении, а не об административном нарушении.

Разбор статуса конкретных веществ — в материале метилфенидат: карточка препарата и статус в России, а полная картина того, что в стране доступно, — в материале что назначают при СДВГ в России.

Три вещи, которые в подобных историях изображают неверно

Мемуары и фильм — не учебник, и претензий к ним как к художественным произведениям нет. Но образ, который они закрепляют, влияет на ожидания людей, и разобрать его стоит.

Первое: препарат как источник таланта. В культурном образе таблетка даёт способность, которой не было. В действительности терапия при СДВГ работает не так: она не добавляет навыков и не делает человека умнее, а снижает выраженность симптомов — облегчает удержание внимания и снижает импульсивность. Всё остальное человеку по-прежнему предстоит делать самому.

Второе: препарат как способ выдать результат к дедлайну. Это описание разового употребления ради задачи, а не терапии. Терапия при СДВГ — это регулярный режим, наблюдение врача, оценка эффекта и побочных явлений, а не всплеск перед сдачей текста.

Третье: гениальность и хаос как единый пакет. Романтизация — старая литературная традиция, и в ней беспорядочная жизнь подаётся как условие творчества. Реальная цена такой жизни в книге тоже есть, просто в кино её меньше видно, а в пересказах она исчезает совсем.

Что за этим стоит на уровне запроса: люди ищут не медицинскую информацию, а разрешение — подтверждение, что трудный и хаотичный способ жить нормален и даже продуктивен. Это понятное желание, но оно плохо сочетается с необходимостью что-то менять.

Почему это не безобидно

Можно возразить: художественное произведение никого ни к чему не обязывает. И это верно ровно до того момента, пока образ не начинает подменять информацию.

Три конкретных последствия.

Ожидания от терапии искажаются. Человек, начавший лечение с ожиданием «включения», разочаровывается: реальный эффект тише, и заметен он не в остроте переживания, а в том, что удалось доделать начатое. Люди бросают терапию именно из-за расхождения с ожиданием.

Стигма усиливается с обеих сторон. Одна половина считает, что препараты «делают из человека овощ», другая — что это допинг для успешных. Обе картины мешают спокойному разговору с врачом.

Появляется соблазн обойти систему. Раз в России препарата нет, а образ обещает многое, возникает мысль поискать окольный путь. Именно здесь заканчивается разговор о кино и начинается разговор о статьях Уголовного кодекса.

Немедицинское употребление: отдельный разговор

Раз культурный образ вырос именно из него, стоит сказать о нём прямо, а не обходить.

Приём стимуляторов без диагноза и назначения — распространённая практика в англоязычной академической среде, и изучена она достаточно, чтобы не строить догадок. Главное, что о ней известно: ожидаемого прироста интеллектуальной продуктивности такое употребление, как правило, не даёт. Растёт субъективная уверенность в результате, а объективное качество работы меняется мало.

Второе, что о ней известно: субъективная оценка эффекта и измеренный результат расходятся сильнее всего именно у тех, кто принимает препарат без показаний. Человек уверен, что написал лучше, — а текст оценивается так же, как без препарата.

Третье — риски. Речь идёт о веществах с потенциалом формирования зависимости, с влиянием на сердечно-сосудистую систему и на сон, и принимаются они в этих сценариях без наблюдения, без подбора и часто на фоне недосыпа, который сам по себе усиливает нагрузку на сердце.

Отдельная линия — сочетания. Материал про то, как подростки комбинируют препараты с добавками, разобран отдельно: подростки собирают сложные «стэки» добавок вместе с Аддераллом. Такая практика опаснее одиночного приёма, потому что взаимодействия никто не оценивает.

В российском контексте всё это, впрочем, остаётся теоретическим разговором: веществ из этого ряда на легальном рынке нет, и любой способ их получить лежит за пределами закона.

Что смотреть и читать вместо

Запрос на художественное изображение опыта законный, и удовлетворить его можно точнее.

Про тики и синдром Туретта в кино есть отдельный разбор с оценками достоверности — материал фильмы про синдром Туретта.

Книги про СДВГ, написанные людьми с диагнозом и специалистами, собраны с честными оценками в материале книги про СДВГ: полный каталог. Там же видно, какие из них про опыт, а какие про метод.

Отдельный жанр — рассказы о позднем диагнозе. Они ближе всего к тому, что люди на самом деле ищут в «Дневниках Аддерола»: не про таблетку, а про то, как объясняется задним числом собственная жизнь. Материал год после диагноза в 38 лет — про это.

И честная оговорка о нашем собственном жанре. Разбор художественного произведения как источника медицинских сведений всегда немного нечестен по отношению к произведению: оно этого не обещало. Претензия здесь не к книге и не к фильму, а к пересказу, в котором сложная история про отца, вину и письмо превращается в короткое «таблетка помогает писать».

Как выглядят реалистичные ожидания от лечения и что вообще меняется, когда терапия начата, разбирает книга серии SDVG.PRO «СДВГ и экранное время» — в части того, как медийные образы формируют представления о себе.

Что делать, если это вас зацепило

Иногда интерес к такой истории — не про кино.

Если в описании хаотичной жизни и работы рывками узнаётся собственный опыт, это повод не за препаратом, а к разговору со специалистом. Диагноз СДВГ клинический, ставится он психиатром, и строится на истории, а не на совпадении с литературным героем.

Что стоит собрать заранее: воспоминания о детстве и школе, конкретные примеры сегодняшних трудностей, список принимаемых лекарств. Подготовка разобрана в материале чек-лист симптомов для приёма у психиатра.

Что при этом стоит держать в голове: даже при подтверждённом диагнозе разговор о препаратах в России будет коротким — доступных вариантов немного, и первым обсуждается не стимулятор. Что именно применяется и с какой доказательной базой, разобрано в материале варианты лечения СДВГ.

И последнее. Если узнавание произошло не в части препаратов, а в части «всю жизнь работаю ночами, срываю сроки и не понимаю почему» — это ровно та ситуация, в которой разбор оказывается полезнее любого фильма.

Коротко: главное

• Сериала нет: есть книга Стивена Эллиотта 2009 года и фильм 2015 года.
• Фильм снят Памелой Романовски, главную роль сыграл Джеймс Франко.
• Сам автор мемуаров отозвался о картине отрицательно.
• Аддералл в этой истории — способ выдать текст, а не терапия по назначению врача.
• Аддералл — торговое наименование смеси солей амфетамина, в реестре России его нет.
• Амфетамин и его производные входят в список I ПП РФ № 681: оборот запрещён.
• Метилфенидат стоит в том же списке отдельной позицией.
• Привезти такой препарат из-за границы нельзя ни с каким рецептом.
• Терапия не добавляет способностей, а снижает выраженность симптомов.
• Расхождение ожиданий с реальностью — частая причина, по которой лечение бросают.

Частые вопросы

Источники

• The Adderall Diaries (film) — год выпуска, режиссёр, актёрский состав и отзыв автора книги
• Постановление Правительства РФ от 30.06.1998 № 681 — амфетамин и его производные, метилфенидат — список I
• Государственный реестр лекарственных средств — препарат с торговым наименованием Аддералл не зарегистрирован
• Ilieva I et al. Objective and subjective cognitive enhancing effects of mixed amphetamine salts in healthy people. Neuropharmacology, 2013;64:496-505 — объективный и субъективный эффект смеси солей амфетамина у здоровых людей

Материал носит справочный характер и не заменяет консультацию врача. Решения о диагностике и лечении принимаются очно и индивидуально.

Автор-редактор: Григорий Зиневич